Разное

Жертва правового государства


Я живу в обычной пятиэтажке постройки начала нулевых годов. Я очень долго выбирал место, где мне будет комфортно жить. Мои запросы на комфортное проживание эволюционировали вместе с моими финансовыми возможностями и мутациями о прекрасном. Сначала были житье-бытие с родителями и съемные квартиры. Потом была своя  квартира, выбранная по одному принципу – дешево. Потом я повелся на главную мещанскую мечту россиянина – свой загородный дом.  В 2014 году я съехал из своего дома, и приобрел в ипотеку квартиру, которая соответствовала запросам моей семьи. Конечно, это не самый идеальный вариант, но в моем маленьком городе это, пожалуй, лучший дом.

Дом расположен в самом центре города, при этом спрятан от всех основных источников шума и очагов человеческой активности. Трафик под окнами – 10-15 машин в час. Последний этаж, крайний подъезд, соседи только снизу. Мечта любого мизантропа. Вид из окон на лес и крыши старых двухэтажек. Вы не повертите, но за три года соседи сверлили, может, три – четыре раза. Красота.

Но. В любой самой прекрасной истории должен быть элемент драмы. В моем подъезде появился новый сосед. Обычный дядя Вася, у которого в паспорте стоит штамп – обыватель. Дядя Вася был на пенсии и был абсолютно безобиден. Он не буянил ночью и не ссал в лифте, он не воровал лампочки в подъезде. Он даже не написал слово из трех букв на стене. Дядя Вася просто решил, что коли общедомовое имущество общее, то значит по-совковому – ничье.

Сначала дядя Вася решил занять все самые дальние и маловостребованные парковочные места своим автохламом. Он зачем-то скупает старые волги и расставляет их во дворе, в них он хранит свое барахло. Он купил китайский автофургон, перетащил в него это свое барахло, но от волг не избавился. Видимо ждет, когда индекс ржавых волг на бирже Nasdaq пробьет потолок.

Один раз в году он вытаскивает огромные колонки во двор, подключает звуковую аппаратуру и орет караоке. Все это продолжается недолго – час, максимум два и заканчивается появлением милиции. Зачем, он это делает – я не знаю.

Я не ханжа и не зануда, меня не интересуют парковочные места, я закрываю окна в период караоке-токовищ. Но в один момент дядя Вася стал хранить свежепойманную рыбу в подъезде в зеленых пластмассовых тазиках. Дядя Вася был рыбаком и зарабатывал браконьерством. В определённые периоды рыбы было много: огромные щуки, муксуны и стерлядь, озерная рыба. Зимой он хранил ее в своих машинах, а летом в тазах в подъезде под лестницей. Иногда он коптил ее во дворе, а позже продавал готовую или сырую с рук на крыльце соседнего магазина.

Как вы понимаете, когда дядя Вася начал хранить рыбу в подъезде, в моей жизни появился запах. Постоянный запах сырой рыбы. Конечно, я большой любитель пожрать свежей рыбки. Здесь же мне предлагали ей дышать. Подъезд превратился в палату кожвендиспансера, в которой лежали проститутки с интересными болезнями (специалисты поймут аллегорию). Терпеть не было сил, и в один прекрасный день я все высказал дяде Васе. Он посмотрел на меня и сказал: «Что же ты за человек такой?».

Глядя в его мэттьюмакконаховские глаза из Интерстеллара, я с ужасом понимал, что инициатива утекает из моих рук. Дядя Вася в один миг, одной этой фразой – «Что же ты за человек такой?», занял позицию жертвы, а я занял роль злодея, который мешает несчастной Смурфетте и ее синим родственникам смурфам собирать смурф-ягоды, петь песни и кружить хороводы.

Нужно было что-то делать, и я включил свой главный скилл. Скилл правового проповедника. Я объяснил дяде Васе, какие правила и законы он нарушает, мы поговорили о правилах содержания общедомового имущества и основных принципах совместного общежития. В моей проповеди нашлись нужные слова о незаконной предпринимательской деятельности и уголовной ответственности за браконьерство. Свою речь я закончил основными правилами пожарной безопасности и суммами штрафов, налагаемыми за административные правонарушения.

Дядя Вася крякнул, хрюкнул и сдулся. На следующий день он убрал всю рыбу из подъезда.